http://www.severyukhinoleg.ru/oblogi/pantera.jpg

В сборник вошли миниатюры и сюжеты: Время богов не пришло. Не будите спящую пантеру. Бабье лето. Кафе "Ритуал". Ворота. Шайтан-камень. Несносный человек. Ночная сказка. Одинокая душа. Чудеса своими руками. Дорога никак не кончалась. Китайско-финская баня. История одного принца

Не будите спящую пантеру

Я не верю тем, кто говорит, что к убийствам можно привыкнуть. Каждое сообщение о трагедии отзывается в организме резким звуком старого электрического звонка и светом красной лампочки. Ситуация экстремальная.
Опергруппа собралась быстро. Это где-то в старых детективах описывалось, что оперативная группа садится в отдельную комнату и сидит, ждет вызова, который, как у парашютистов, обозначается резким звонком и красной лампочкой и входа. Вот откуда у меня эта ассоциация. Насмотришься кинофильмов и начинаешь мыслить по логике киногероев, для которых нет никаких невозможных ситуаций. Все у них разложено по полочкам. Круг подозреваемых определен, дело только за временем. Есть и симпатичная докторша, давно неравнодушная к старшему оперуполномоченному по фамилии Лосев, Конев или другой звучной фамилии, выдающей принадлежность к древним дворянским родам России или соратникам Ленина по Октябрьской революции.
Наш отдел небольшой и у нас не было специальной комнаты для опергруппы. Каждый находился на своем рабочем месте, не отлучаясь из управления. Это не граница, где секунды решают все, и солдаты в полуодетом виде заскакивают в машину, одеваясь по дороге и успевая перехватить убегающего нарушителя. Сам служил на границе, знаю.
С трупами дело проще. Преступление свершилось. На месте уже скорая помощь, участковый уполномоченный, а от того, приедем мы на пять или десять минут позже или раньше, состояние убитого не изменится. Я не циник, просто констатирую то, что есть на самом деле.
Пострадавший, или убитый, лежал в постели голый. В боку зияла рана, но не было крови на простыне. И вообще, простыня была чистой и не сильно смятой, из чего можно предположить, что то, для чего он раздевался, не произошло. Что подтвердил и судмедэксперт.
В комнате не было столика с недопитой бутылкой, бокалами со следами губной помады, пепельницы, полной окурков, использованных презервативов и, самое главное, не было орудия убийства. И не было следов крови, хотя судмедэксперт примерно определил время убийства. Но куда же делись следы крови?
Протокол осмотра места происшествия составили быстро. Пострадавший то ли был человек очень аккуратный, то ли кто-то привел в порядок его квартиру после совершения убийства. Мы не обнаружили признаков того, что здесь была борьба или кто-то проник в квартиру без ведома хозяина и без ключей. Никаких следов взлома или ограбления.
Сто вопросов и ни одного ответа. Но кто же убийца? Конечно, женщина. Для чего мужику раздеваться догола и ложиться в постель? Только для женщины. Конечно, он мог делать это и не для женщины, но это еще нужно проверять.
Одежда убитого аккуратно сложена. Следовательно, у него было время спокойно раздеться и ждать, пока его дама мужеского или женского пола придет к нему. И, конечно, из душа. А в душе полнейший порядок и никаких следов. Нет ни длинных, ни коротких волос на стенках ванной или душевой комнаты, как бы ни были аккуратны женщины. Нет следов помады и нет намеков на присутствие женских предметов туалета и парфюмерии.
Вот и ищи, делай выводы из ничего, определяй, кто убийца, а журналисты будут верещать о беззубости следственных и правоохранительных органов, купленных на корню организованной преступностью.
Да, закурить бы сейчас, но бросил курить. Уже полгода не курю, но как иногда хочется закурить, особенно если тебе на блюдечке с голубой каемочкой приносят вот такие головоломки. Блюдечко. Просмотрим всю посуду. Всю. Может быть, найдется что-то. Не нашлось. Все чисто. Надо же, какой чистюля.
Судмедэксперт между тем возился с раной.
– Удивительно, – говорит он, – тело еще теплое, но рана как будто промыта и чем-то обработана так, что кровь из раны не идет. В первый раз встречаюсь с таким явлением. Орудие жежду ребер воткнули прямо в сердце. Ничего не могу сказать, кроме того, что от такой раны здесь все должно быть забрызгано кровью.
Пострадавшего отправили в морг, а мы еще раз занялись осмотром квартиры. Я не буду описывать квартиру, потому что это просто отвлечение внимания читателя от сути дела. Мы потом установим личность, а пока должны найти любые следы, указывающие на того, кто мог совершить убийство и каким орудием. И мы ничего не нашли.
Как это всегда бывает, если совершенно ничего не известно, то «шерше ля фамм» – «ищите женщину». Начнем, конечно, с соседей.
Соседи характеризовали своего соседа положительно. Интеллигентный, приветливый человек, работает в дизайнерской фирме, всегда аккуратный, ни загулов, ни попоек, хлопот соседям не доставляет. Ходят к нему три женщины, в разное время, но никаких скандалов нет. Все тихо и спокойно. Что ж, это уже кое-что. И одна из них живет в соседнем подъезде. А две других сегодня одна за другой были у него. Сначала была черненькая, а потом беленькая. С разницей где-то в час. Вот это удача! Вот так надо раскрывать запутанные дела! Последний человек, который был у N – его убийца.
Через пять минут я уже был в той квартире, на которую указали приветливые соседи.
Хозяйка, миловидная, бальзаковского возраста женщина не собиралась скрывать своего знакомства с пострадавшим, и очень огорчилась, даже немного всплакнула, когда услышала о его гибели.
– Боже, кто же мог его убить? – сказала она. – Он весь такой чистый, ласковый и как солнышко появился в моей жизни. Мне совершенно ничего не надо, минутка его внимания, и я счастлива! Да, я знала, что он встречается еще с двумя женщинами. Но что я могу поделать, они молодые и я не могу составить им конкуренции, хотя в этом вопросе есть определенные сомнения, потому что со мной он был таким ненасытным, как будто эти молодые женщины все время держали его на голодном пайке. Что молодым надо? Выскочить замуж. А он жених завидный, вот они и тянут с решением постельных вопросов. Если какая из них в постель упадет, то сразу кричит о своей беременности, а он человек скромный и порядочный и от выполнения долга мужчины никогда бы не уклонился.
Я поинтересовался, а не видела ли она в доме пострадавшего, назовем его N, а то слово пострадавший уже и мне ухо резать стало, какого-нибудь кинжала или большого ножа?
Ответ ее был отрицательный. Она никогда не была у него дома. Они встречались только у нее. Если все это правда, то круг подозреваемых сужается. N не скрывал от нее, что в перспективе хочет создать семью, и у него есть на примете две девушки: Наталья, которая работает вместе с ним, и Людмила – владелица небольшого бара на улице Ленина, 17.
Честно говоря, у меня не было никаких подозрений и предубеждений против этой женщины. Просто хотелось поцеловать ей руку и пожелать хорошего человеческого счастья, чтобы рядом был человек, на которого можно было опереться в трудную минуту, и с кем можно было делить радости и огорчения.
На сто процентов я был уверен в том, что нам с ней больше не придется встретиться. К преступлению она не причастна. Не может такой человек быть преступником и исполнителем такого преступления. Нет, такие люди не бывают преступниками. Видите, я даже не называю ее имени, чтобы ни у кого из вас не было даже возможности в чем-то заподозрить эту прекрасную женщину. Я понимал, что полностью нельзя быть уверенным ни в ком, но человеческую натуру не переделаешь.
Людмилу я нашел быстро. Броская и эффектная женщина. Брюнетка. В меру стройная и упитанная. Это даже не упитанность, а крепкое тело, которое не расплывается под рукой, а каждой клеточкой отдает свою энергию предмету обожания. Выразительные большие глаза. Хозяйка жизни. Своего не отдаст, чего хочет, того и добьется. Способна она убить?
Сразу на ум пришла ария из одной оперы, где дама с очень знаменитым именем, этим именем и духи-одеколон были названы, пела: «Меня не любишь ты, и что же? Так берегись любви моей!» Роковая женщина. У этого N губа была не дура. С ней бы он жил, как у Христа за пазухой.
Когда Людмила узнала о смерти возлюбленного, вся решительность и целеустремленность исчезли как по мановению волшебной палочки, и передо мной оказалась девушка, прикусившая от плача палец, чтобы не кричать. Она стала как-то меньше, а потекшие глаза говорили о таком горе, что мне даже стало совестно за свои расспросы. Мне захотелось уйти из этого бара и вообще уйти с работы, на которой каждый день прикасаешься к оголенным струнам оркестра судеб людей.
– Это все та сучка с его работы, – сказала Людмила плачущим голосом, – это она все грозилась его убить, это все знают.
Остается Наталья, светленькая. Вот и убийца. Самое главное, не вспугнуть убийцу, чтобы потом не пришлось объявлять во всероссийский или международный розыск.
Вначале я встретился с начальником N, переговорил о характеристике убитого и о взаимоотношениях в коллективе. Все было хорошо, пока не произошел скандал с дизайнером рекламного отдела Натальей. Размолвка была очень серьезной, потому что в запале Наталья кричала, что N убить мало. Всякое бывает в человеческих отношениях, но не по всем же поводам вопрос надо решать при помощи оружия. Наталья – человек ревнивый, но не до такой степени, чтобы поднять руку на человека. Попросив оставить в тайне содержание нашего разговора, я пообещал скоро вернуться.
Все ясно. Наталья была последней, кто видел N. Все это произошло сегодня. Надо брать убийцу тепленьким, чтобы он не смог подготовить себе хорошее алиби. Приятно нестись по горячим следам. Доложил начальнику. Раньше было проще, звонок в прокуратуру, договорились, санкция на арест напечатана, подпись, печать, и вперед. Сейчас эти дела решает судья. Стали объяснять ситуацию.
– А вы, господа, уверены в том, что именно Наталья убийца? – спросила судья, чем-то напомнившая мне ту женщину, с которой я уже беседовал сегодня днем. Что-то мудрое было в ее глазах, заставившее и меня несколько усомниться в том, что я только что говорил. Конечно, стопроцентно нельзя быть уверенным ни в чем.
– Хорошо, – говорю я, – если Наталья не убийца, то я буду говорить с ней как с возможным свидетелем, а если она убийца? Скажу, посидите здесь тихонько, я быстренько сбегаю за решением судьи на ваш арест.
Судья понимала, что и я тоже прав, и она права, и она нашла, как мне кажется, единственно верный выход: решение будет лежать у нее. Если Наталья убийца, то через пятнадцать минут после моего звонка решение суда мне привезут. И все будет по закону. Если звонка не будет, то и решение не понадобится. На том и договорились.
Наталья оказалась светлой шатенкой. Красивая девушка, лет двадцати пяти. Спокойная и уверенная в себе девушка. И не менее красивая, чем Людмила. Ох, и N, много он девичьих сердец разбил. Когда я спросил ее об отношениях с N, то Наталью будто подменили.
– С этой сволочью я не хочу иметь никаких дел, – безапелляционно заявила она.
А когда я сообщил ей о его смерти, то услышал в ответ: так ему и надо. Ничего себе. Выпалив это, Наталья осеклась, но в ее выражении я не увидел даже намеков на сожаление от произошедшего.
– Расскажите, как все было, – попросил я.
И вот рассказ Натальи.
– Сегодня у N был выходной. Около одиннадцати часов я позвонила ему по сотовому телефону и попросила встретиться со мной. N сказал, что очень занят и через час уезжает. Если вопрос небольшой, то он ждет меня. Я давно подозревала, что у него связь с той барменшей, где мы частенько собираемся и празднуем разные даты в нашем отделе.
Я взяла у Нинки, подружки из отдела цен, ее черный парик, как у барменши, и пошла к N. Он открыл мне и говорит:
– Быстро уходи, сейчас должна прийти моя невеста и она не должна тебя здесь видеть, мы же договорились встретиться в два часа.
Боже, какая же он сволочь. Обещал на мне жениться, а сам таскается по всяким там из подворотни. Да кто она такая эта барменша? Я плюнула в лицо этому развратнику, пошла прямо  в бар и говорю ей:

Читать далее